Чжан Сюэлян

Смутное время Маньчжоу-го и Гоминьдана таит в себе много увлекательных стратегических решений. Подобно тому, как эпоха Борющихся царств создала толчок для формирования китайской военной стратегии в таком виде, как мы ее теперь знаем, а период Троецарствия дал миру гения Чжугэ Ляна, так и времена Гоминьдана содержат богатое изобилие стратегической грации.

Мое внимание привлекла печальная история Чжан Сюэляна. Он был сторонником идеи единого Китая. Чжан Сюэлян признавал авторитет Гоминьдана, антикоммунистической партии, ставшей затем базисом для Китайской Народной Республики (Тайвань). Но при этом он с недоверием и опаской относился к фашистским веяниям. Будучи манчжуром, он не был рад возникновению японского марионеточного государства Маньчжоу-го, настороженно относился к пактам между Японией и фашистской Германией, признанию Маньчжоу-го Италией… Его антифашистские взгляды совпадали с официальной позицией Красной армии, китайских коммунистов. Одно время он, оставаясь формально сторонником Гоминьдана, вел тайные переговоры с компартией Китая. Это не могло не привести к конфликту с генералиссимусом Чан Кайши — лидером Гоминьдана.

Чжан Сюэлян пытался изложить Чан Кайши необходимость прекратить гражданскую войну, заключить союз с Советской Россией и совместно с коммунистами сопротивляться про-фашистской Японии. Но его предложения были резко отвергнуты.

Распространение фашизма в мире в итоге вынудило Чжан Сюэляна предпринять более решительные действия. 12 декабря 1936 года маршал Чжан Сюэлян арестовывает генералиссимуса Чан Кайши во время организации очередного антикоммунистического проекта.

Дальнейшее развитие событий способно поразить всякого линейного мыслителя. Некий посредник — коммунист — смог уладить отношения между сторонами и договориться об освобождении ярого антикоммуниста Чан Кайши без последствий для мятежника и заговорщика Чжан Сюэляна. Но вместо этого Чжан Сюэлян летит вместе с генералиссимусом в гоминьдановскую столицу Нанкин и сдается суду. Милосердный суд вместо тюремного заключения приговорил Чжан Сюэляна к домашнему аресту, который продолжался и после падения Гоминьдана. Убегая на Тайвань, Чан Кайши взял пленника с собой. Только в 1991 году, шестнадцать лет после смерти Чан Кайши и 54 года после суда Чжан Сюэлян в возрасте 90 лет получает свободу.

День 12 декабря 1936 года, когда Чжан Сюэлян арестовал генералиссимуса Чан Кайши имеет следующую карту Цимэнь Дуньцзя (5-й иньский расклад, день У-Чэнь, инструмент У).

Это день типа фуинь, скрытый стон, в такие дни вообще не стоит предпринимать что-либо важное.

По двенадцати установлениям мастера Дуна этот день недружелюбен к благородным помощникам, неблагоприятен для любых дел. Созвездие Ди (Основание) — неблагоприятно, предвещает бедствия тем, кто не уважает старших.

Арест, как предпринятое действие, в образах Цимэнь представлено воротами препятствий 杜, что в 7-м дворце. Для оценки перспектив этого действия, можно обратиться к И Цзин, гексаграмме Да Го (Большая чрезмерность). Это образ преджевременного расцвета — дерево, начавшее цвести зимой, не сможет набрать в земле достаточно соков и будет вынуждено погибнуть. Это описывает слишком активные действия без должной поддержки, без исчерпывающей опоры.

Однако, несмотря на то, что проект, начатый в этот день, вероятнее всего сорвется, ему не хватит разгона, — тем не менее, однозначно определить проигравшую сторону трудно. Комбинация Бин-Бин указывает на то, что обе участвующие стороны получают ранения и ущерб, все происходит нелогично, вопреки разуму. Выйти и войти, уйти и вернуться, проиграть, навлечь на себя беду — эти образы снова говорят о том, что хоть проект и может начаться, но он не сможет завершиться, но однозначно определить проигравшего все равно не получится, обе стороны наносят сами себе вред.

Рассмотрим теперь другой аспект проишествия. Первый аспект был связан с арестом, поимкой кого-либо в воротах препятствий 杜, с другой стороны Чан Кайши в этой ситуации получает шок, в воротах тревоги. В 8-м дворце также видим дух драки, и гексаграмму чрезмерности облегчения — все становится слишком легким, превращаясь в потерю. Тут искренность и прямота — залог успеха. Нужно уметь честно признать свои ошибки, иначе все будет уходить как песок сквозь пальцы, пока не исчезнет.

Очевидно, именно искренность и честность Чан Кайши смогла убедить Чжан Сюэляна в том, что его политика, хоть и кажется неразумной или неэтичной — правильна. А Чжан Сюэляну не хватило разгона, сил и решимости, чтобы довести свой план переворота до конца.